Коммерсант: Бенефициары банка «Пушкино» остались при своих

Агентству по страхованию вкладов (АСВ) не удалось добиться в апелляции пересмотра решения по иску к бенефициарам банка «Пушкино» и ареста их имущества на 14,8 млрд руб. Сам банк, с отзыва лицензии которого в 2013 году началась масштабная расчистка банковской системы, известен как раз акционерами, в числе которых в разное время были предприниматель Алексей Алякин, адвокат Александр Добровинский, кинопродюсеры и актеры.

В 10-м арбитражном апелляционном суде АСВ добивалось пересмотра решения арбитражного суда Московской области об отказе в аресте имущества бенефициаров — Алексея Алякина и еще 11 бывших контролирующих лиц кредитной организации банка «Пушкино» — на 14,8 млрд руб. И как сообщает из здания суда «РИА Новости», решение нижестоящего арбитража апелляция оставила в силе.

В ходатайстве АСВ добивалось ареста имущества каждого из 12 солидарных соответчиков — на причитающиеся им выплаты, доли в коммерческих компаниях, автомобили. Суд первой инстанции посчитал, что конкурсный управляющий не представил «обосновывающих доводов о необходимости принятия обеспечительных мер». Производство по этому заявлению АСВ приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Отзыв лицензии у банка «Пушкино» (была отозвана ЦБ 30 сентября 2013 года) стал первым случаем отзыва лицензии у банка из топ-100 по активам и крупнейшим страховым случаем в истории АСВ на тот момент: выплаты вкладчикам составили 20,2 млрд руб. Фактически с его краха и началась серьезная «зачистка» банковского сектора. Сам банк знаменит еще и своими акционерами. Так, в их числе был актер и кинопродюсер Федор Бондарчук (он вышел из числа акционеров более чем за полгода до отзыва лицензии). Другим акционером банка был адвокат Александр Добровинский, представляющий интересы звезд шоу-бизнеса.

Алексею Алякину инкриминировали ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере) и объявили в розыск по линии Интерпола. Кинопродюсер и руководитель нескольких строительных фирм Владимир Муров в апреле 2016 года был приговорен к четырем годам условно: его дело было рассмотрено в особом порядке, поскольку он признал вину и дал показания на соучастников хищений из «Пушкино» (см. “Ъ” от 21 апреля 2016 года).

Павел АКСЕНОВ

Газета.Ru: Ипотека валится в застой

Ипотечный рынок вырос в прошлом году благодаря госпрограмме и снижающимся ставкам, говорится в отчете НАФИ. При этом банкиры обещают, что в 2017 году ставки по жилищным кредитам «дойдут до исторических минимумов». Уже сейчас ставки по жилищным кредитам находятся на уровне 2012 года. Впрочем, эксперты не ждут ипотечных рекордов от 2017 года. В лучшем случае удастся выдать жилищных кредитов столько же, как в 2014 году.

Совокупная просроченная задолженность россиян по ипотеке достигла 70,3 млрд руб. к концу 2016 года, подсчитали в Национальном агентстве финансовых исследований (НАФИ). Это на 6,2% больше, чем годом ранее, говорится в отчете. При этом объем выданных ипотечных кредитов за 2016 год увеличился на 27% и составил 1,47 трлн руб.

Основным драйвером роста рынка было снижение процентных ставок, отмечают в НАФИ. Повлияла также программа господдержки ипотеки. По ее условиям, ставка банка по жилищному кредиту субсидировалась до уровня ключевой ставки ЦБ плюс 2,5 процентного пункта. При этом ставка для заемщика не должна была превышать 12% годовых. Госпрограмма была выполнена почти на 100% в рамках лимита 1 трлн руб., отмечают в агентстве.

В этом году программу господдержки ипотеки решили не продлевать. Однако банкиры уверены, что справятся и без нее. Помочь возродить рынок ипотеки должны снижающиеся ставки.

«Исторически самые низкие ставки»

Ставки по жилищным кредитам в 2017 году могут дойти до исторических минимумов, заявил на прошлой неделе глава Сбербанка Герман Греф на встрече с президентом Владимиром Путиным. «По ипотеке сегодня у нас исторически самые низкие ставки. В этом году, с учетом того что есть достаточно амбициозные планы по снижению инфляции, ставки будут падать, конечно. Поэтому я думаю, что в этом году мы выйдем на исторические, самые низкие уровни ставок по ипотеке», — сказал глава крупнейшего банка страны.

Сегодня Сбербанк — это 55% рынка ипотеки, рассказывал президенту Герман Греф. Как сообщал недавно директор управления по работе с партнерами и ипотечного кредитования Сбербанка Николай Васев, объем выдачи банком ипотечных кредитов в 2016 году составил 722 млрд руб., что на 8% ниже, чем в предыдущем году. Портфель увеличился до рекордных 2,47 трлн руб.

Помогло увеличить портфель банку активное снижение ставок. По такому же пути банк собирается идти и в этом году. Так, с 20 февраля кредитное учреждение уменьшило ставки по ипотеке в среднем на 1,1 процентных пункта.

В заявлении ВТБ совместно с ВТБ24 говорится о том, что банк с 1 марта также снизит ставки по ипотеке на 1,1 процентных пункта.

В целом по рынку, согласно данным Центробанка на 1 января этого года, средневзвешенная ставка по жилищным кредитам в рублях, выданным в течение месяца, составила 11,56%. В начале прошлого года она была 12,89%. На таком низком уровне, как сейчас, ставка по рублевой ипотеке была в начале благополучного 2012 года.

Снизилась и ставка по ипотеке в валюте. На 1 января этого года, по данным ЦБ, она составила 8,87%, в начале же года была 10,09%.

Валютная ипотека умерла

Всего за 2016 год в России было выдано 856 344 рублевых ипотечных кредита. Но валютные кредиты, несмотря на падающую ставку, не пользовались спросом.

По данным ЦБ, в прошлом году валютную ипотеку рискнули взять всего 34 заемщика. Они получили займы на сумму 1 млрд руб. Срок таких кредитов короткий — чуть более трех лет.

Именно в сегменте валютной ипотеки быстрее всего растет просрочка. По состоянию на начало 2017 года доля просроченных займов в структуре ипотечных кредитов, которые выдали российские банки, составила 2,65%, говорится в исследовании НАФИ. При этом среди рублевых займов доля просрочки оказалась равна 1,1%, а среди валютных — 31,3%, подсчитали авторы исследования.

Доля просроченных жилищных кредитов в иностранной валюте выросла, так как добросовестные заемщики досрочно погашают хорошо обслуживаемые займы, утверждает Национальное агентство финансовых исследований. Это в итоге сокращает суммарную задолженность россиян по валютным кредитам и приводит к росту доли просроченных займов, объясняют в НАФИ.

Эксперты считают, что в следующем году валютных кредитов будет выдано еще меньше.

«В валютную ипотеку я не верю, потому что сейчас очень большая волатильность курса и спрос на валютную ипотеку нулевой. Валютная ипотека может возродиться только в условиях возврата к политике управляемого плавания и стабилизации курса, чего в ближайшее время не будет», — комментирует главный экономист Альфа-банка Наталья Орлова.

Говорить о скором возрождении валютной ипотеки абсолютно бессмысленно, считает и директор банковского института ВШЭ Василий Солодков. «Рубль завязан на цены на нефть. От того, что власть говорит о том, что они не связаны, ничего не меняется. В условиях, когда инструменты хеджирования валютных рисков недоступны, чтобы брать валютную ипотеку, нужно быть больным на голову», — говорит он.

К тому же, как указывают эксперты, в своем недавнем обзоре арбитражной практики Верховный суд указал, что риск изменения курса валюты лежит на заемщике, тем самым поставив окончательную точку в споре о том, по какому курсу нужно возвращать взятые в валюте ссуды.

«Возврат суммы займа должен быть произведен исходя из валюты займа, указанной в договоре. Риск изменения курса валюты долга лежит на самом заемщике», — говорится в документе.

При этом аналитики затрудняются сказать, до какого уровня могут дойти в этом году ставки по рублевой ипотеке. Например, по прогнозу АИЖК, к 2018 году ставки по жилищным кредитам могут упасть до 10%.

Около 80% ипотечного рынка сегодня приходится на госбанки, и если они будут снижать ставки за счет дешевого фондирования, то действительно смогут ощутимо снизить ставки, считает Наталья Орлова.

В 2017 году рынок вырастет на 10–15% и составит не менее 1,7 трлн руб. (это примерно соответствует уровню 2014 года, когда было выдано ипотеки на 1,76 трлн руб.), прогнозирует руководитель дирекции ипотечных продаж банка ВТБ Георгий Тер-Аристокесянц.

ВТБ в 2016 году выдал ипотеку примерно на 40 млрд руб., что стало историческим рекордом для банка, говорит банкир. В 2017 году кредитная организация хочет улучшить этот результат еще на 20%. Наталья Орлова прогнозирует и общий рост ипотечного рынка на уровне 20%.

«Если говорить о базовых ставках по ипотеке в этом году, то возможно незначительное изменение в сторону снижения в течение года», — предполагает Георгий Тер-Аристокесянц.

Впрочем, Василий Солодков не верит в рекорды, которые поставит ипотечный рынок в этом году. «Три года у нас реальные доходы снижались, население очень тяжело живет, и значительных улучшений не предвидится. Поэтому ждать рекордов по выдаче ипотеки не приходится ни при каких ставках. Если же действительно вырастет спрос на ипотеку, то повысятся цены на жилье, которые сейчас снижаются. В результате это сведет на нет усилия по снижению ставок по кредитам», — резюмирует эксперт.

Наталья ЕРЕМИНА

РБК: Россия в 2016 году стала лидером по числу мобильных банковских «троянов»

Согласно ежегодному отчету «Лаборатории Касперского», Россия оказалась лидером по распространенности мобильных банковских «троянов», то есть программ, предназначенные для кражи финансовой информации пользователей.

В 2016 году количество вредоносных установочных программ на мобильных устройствах по всему миру выросло в три раза по сравнению с 2015 годом, до 8,5 млн, говорится в отчете компании «Лаборатории Касперского» (есть у РБК). Речь идет о содержащих вирусы программах, которые пользователь устанавливает на устройство как осознанно (например, приобретая сомнительное приложение в магазине), так и неосознанно (уже зараженное устройство само приобретает и устанавливает приложение).

При этом Россия оказалась лидером по количеству мобильных банковских «троянов», то есть программ, предназначенные для кражи финансовой информации пользователей. С этим видом угроз столкнулись 4% мобильных пользователей. Следом идет Австралия с долей 2,26%. «Самый популярный мобильный банковский троян Svpeng распространялся в основном в России», — отмечается в сообщении компании. В прошлом году первенство в этом специализированном рейтинге занимала Южная Корея с долей в 13,8% от всех атакованных пользователей. Россия была третьей с 5,1%.

По доле пользователей, атакованных мобильными вредоносными программами всех разновидностей, лидером оказался Бангладеш, где 50,09% владельцев смартфонов или планшетов столкнулись с вирусами и вредоносными программами. В тройке также Иран (46,87%) и Непал (43,21%). Затем идет Китай (в прошлом году занимал первую позицию; в тройке также были Нигерия и Сирия).

В «Лаборатории Касперского» такие результаты объяснили тем, что в указанных странах сильно распространены так называемые «рекламные трояны», которые получают доступ к системным настройкам смартфона для показа рекламы. Эти программы могут также воровать финансовую информацию или устанавливать сторонние приложения без ведома пользователя.

Как пояснил РБК Виктор Чебышев, антивирусный эксперт компании, за последний год Бангладеш, Иран и Непал были наводнены дешевыми смартфонами из Китая, на которые еще на этапе заводской сборки были установлены «трояны». «Они, в свою очередь, устанавливали другие вредоносные приложения, которые также могли показывать рекламу», — рассказал эксперт.

Россия в общем рейтинге оказалась на 23-м месте с 20% атакованных пользователей (в 2015 году — 21%). При этом следует учитывать, что рейтинг формируется на основе данных, полученных «Лабораторией Касперского» от пользователей ее продуктов, и поэтому на его результаты влияет популярность антивирусных программ компании в той или иной стране.

«Тенденция такая, что всё больше и больше атак проходят не в России. Хотя раньше Россия почти всегда была на первых местах», — говорит Чебышев. Он также отметил, что прежние высокие позиции России были связаны с бумом SMS-троянов, которые подписывали пользователей на платные сервисы. «Но операторы мобильной связи приняли меры для борьбы с этим видом мошенничества, ввели систему извещения о подписке и начислениях. Их поддержали власти законодательной инициативой. Злоумышленникам стало невыгодно и опасно работать по этой схеме в России, и они переключились на другие рынки, где нет строгих ограничений и они могут продолжать безбоязненно зарабатывать на подобном мошенничестве», — говорит представитель лаборатории.

В то же время Чебышев отметил, что отчасти это компенсировалось наплывом на российский рынок дешевых китайских устройств, которые часто поставляются уже зараженными.

При этом в 2016 году «Лаборатория Касперского» зафиксировала рост числа вирусов, маскирующихся под другие приложения в Google Play, в частности под гид для популярной мобильной игры Pokemon Go. Аналитики «Лаборатории Касперского» отметили, что эту программу из Google Play скачали более полумиллиона раз.

По-прежнему распространены «трояны-вымогатели», шифрующие пользовательские данные на устройстве и требующие денег за их расшифровку. Самым распространенным в 2016 году оказался мобильный вымогатель Trojan-Ransom.AndroidOS.Fusob. Он атаковал пользователей из Германии, США и Великобритании, избегая при этом некоторых других стран. После запуска троян проверял язык системы, после чего мог прекратить свою работу. За разблокировку троян требовал выкуп в размере $100-200, который необходимо было внести кодами от предоплаченных карт iTunes.

В 2016 году «Лаборатория Касперского» также впервые обнаружила троянца, атакующего домашние роутеры. «Мы видим, что злоумышленникам становится тесно на телефоне, и они начинают взаимодействовать с окружающим миром. Возможно, именно в 2017 году мы увидим полноценные атаки на представителей Интернета вещей с мобильных устройств», — прогнозирует компания.

Ирина ЛИ

Газета.Ru: Прибыль Почта-банка в 2016 году превысила 1 млрд рублей

Чистая прибыль Почта-банка по МСФО в десять раз превысила плановый показатель, составив 1,2 млрд рублей. Об этом рассказал президент-председатель правления банка Дмитрий Руденко на пресс-конференции в ходе РИФ «Сочи-2017», передает корреспондент «Газеты.Ru».

Руденко уточнил, что за первый год работы кредитный портфель Почта-банка увеличился на 59% и превысил 116 млрд руб. Основным драйвером роста стали кредиты наличными, портфель которых достиг порядка 94 млрд рублей.

Портфель клиентских пассивов банка составил 36,5 млрд руб.

«Привлечение средств населения — важный для Почта-банка сегмент бизнеса. Заложенный в бизнес-план на 2016 год показатель мы превзошли на 47%», — подчеркнул Руденко.

Клиентская база банка выросла в 2016 году на 1 млн человек и превысила 3,3 млн клиентов.

В начале декабря 2016 года сообщалось, что портфель кредитов наличными Почта-банка за 10 месяцев года вырос на 52% и составил 91 млрд руб. Таким образом, банк занял шестое место по данному показателю среди российских банков.

Российская газета: На двоих не делится

Важную мысль о дележе супружеских долгов высказал Верховный суд РФ, когда пересматривал решения своих коллег о разделе имущества, нажитого в браке. В том числе — полученных за это время кредитов.

Верховный суд сказал, что не все такие долги при разводе должны делиться пополам. Также Верховный суд растолковал, кто из бывших супругов должен доказывать, пошли ли заемные деньги на нужды семьи или нет.

Раздел нажитого в браке имущества — тема не новая, но всегда актуальная. Тем более что в связи с изменением жизни общества проблемы дележа добра, нажитого гражданами, постоянно меняются. Люди стали жить, с одной стороны, зажиточнее, у них появилось в случае распада брака больше делимого имущества. С другой стороны, трудно найти сегодня семью, не отягощенную всевозможного рода займами — просто кредитами, долгами перед знакомыми или ипотекой. В этом случае общеизвестное правило раздела при разводе — все пополам, — как оказалось, не работает.

Ситуация, которую пересматривал Верховный суд, была самой что ни на есть распространенной — раздел, который бывшие супруги сами произвести не смогли и попросили сделать это суд.

А началось все с того, что в Карелии гражданка попросила районный суд разделить все, что они нажили с мужем в шестилетнем браке. В списке того, что дама просила поделить, оказались не только трехкомнатная квартира, машина, мебель и бытовая техника, но и долг по кредиту.

Квартиру истица попросила поделить так — две трети стоимости жилья истица заплатила из своих средств, которые у нее были до брака, поэтому посчитала, что ей полагается соответственное количество квадратных метров. А совместно они оплатили одну треть квартиры — ее и надо поделить пополам. Мебель и технику суд должен отдать ей, а половину этого она обещала отдать бывшему мужу деньгами. Невыплаченный же кредит истица попросила поделить ровно пополам.

Бывший муж подал встречный иск — автомобиль и квартиру поделить пополам, а кредит не делить, так как брала его бывшая супруга для себя. Районный суд поделил квартиру и отдал большую часть жене, мебель и технику тоже ей, машину — мужу. Кредит посчитал общим и поделил пополам. Верховный суд Карелии с решением коллег не согласился. С бывшего мужа в пользу жены апелляция решила взыскать разницу присужденного имущества и кредит. Пересмотрев дело, Верховный суд РФ заявил, что ошибки сделали и районный, и республиканский суды. Вот как рассуждала Судебная коллегия по гражданским делам ВС.

Кредит, судя по одному из пунктов договора, был взят в банке «на цели личного потребления». Райсуд основывался на семейном законодательстве. По этому законодательству «установлена презумпция возникновения денежных обязательств в период брака в интересах семьи». Если бывший муж с таким утверждением не согласен, то пусть докажет обратное. Райсуд в решении так и записал — раз экс-супруг не представил доказательств, что кредитные деньги жена использовала на личные нужды, то будем считать, что они ушли на семью. А, значит, возвращать их должны оба супруга. Апелляция с таким утверждением согласилась. А вот Верховный суд РФ — нет. Он напомнил, что по Семейному кодексу(статья 39) при разделе общего имущества и определении долей в этом имуществе, доли супругов признаются равными, если не было на этот счет специального договора. Общие долги супругов распределяются между ними пропорционально присужденным им долям. А еще Семейным (статья 35) и Гражданским ( статья 253) кодексами установлена презумпция согласия одного супруга на действия другого по распоряжению общим имуществом. Но положения о том, что такое согласие предполагается и в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств перед третьими лицами, действующее законодательство не содержит.

Более того, 45-я статья Семейного кодекса говорит, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено только на имущество этого супруга. Закон допускает наличие у каждого из супругов собственных обязательств.

Из всего сказанного Верховный суд делает вывод — в случае заключения одним из супругов договора займа или «совершения иной сделки, связанной с возникновением долга», такой долг может быть признан общим только в строго определенных случаях. Если есть обстоятельства, вытекающие из 45-й статьи Семейного кодекса. А бремя доказательств этих обстоятельств лежит на той стороне, которая требует распределить долг. Для распределения долга между супругами (статья 39 Семейного кодекса) долговое обязательство должно являться общим. То есть возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо быть обязательством одного из супругов, по которому все полученные деньги были потрачено на нужды семьи.

Верховный суд подчеркнул — юридически значимым обстоятельством в нашем деле было выяснение вопроса — действительно ли кредит, полученный супругой, был потрачен на нужды семьи? Без выяснения этого вопроса спор разрешить невозможно. Еще Судебная коллегия ВС заметила — если истица была заемщиком, то именно она должна была в суде доказать, что возникновение долга произошло по инициативе мужа и жены и в интересах семьи. А все полученные деньги ушли на семью. Но карельские суды бремя доказательств, что деньги супруга потратила на себя, возложили на мужа. А это противоречит нашему законодательству, заметил Верховный суд. Местные суды, признав долг по кредиту общим, решили взыскать с ответчика половину суммы долга, включая непогашенную часть. Хотя закон о том, что при разделе общего добра учитываются и общие долги, не говорит о правовых основаниях взыскивать с супруга невыплаченную задолженность. Возникшие в браке обязательства по кредитам, исполнять которые после развода будет один из них, можно компенсировать другому, передачей ему в собственность часть имущества, сверх того, что ему полагается по закону. Если имущества нет, то супруг-заемщик вправе требовать от второго супруга компенсации соответствующей доли фактически уже сделанных им выплат по кредиту. По другому нельзя, заметил ВС, так как второй супруг при другом раскладе окажется в заведомом неблагоприятной ситуации. Ведь именно такой подход соответствует 39-й статье Семейного кодекса.

Все дележи местных судов Верховный суд отменил и велел пересмотреть спор с учетом своих разъяснений.

Наталья КОЗЛОВА

РБК: МВД задержало укравших 100 млн рублей с банковских счетов хакеров

Сотрудники управления «К» МВД России задержали группу хакеров из Москвы и Московской области. По данным ведомства, они несут ответственность за похищение со счетов 20 организаций в разных городах России более 100 млн руб.

МВД России задержало группу хакеров, похитившую свыше 100 млн руб. более чем у 20 организаций в разных городах страны. Соответствующее заявление официального представителя ведомства Ирины Волк опубликовано на сайте МВД России. По данному делу возбуждено уголовное дело по ч.1 ст.273 и ч.3 ст.159.6 УК РФ (мошенничество в сфере компьютерной информации).

«Оперативниками управления «К» МВД России во взаимодействии с сотрудниками управления МВД России «Раменское» при силовой поддержке ОМОН «Зубр» Росгвардии пресечена деятельность организованной группы, осуществлявшей хищения денежных средств путем модификации компьютерной информации», — говорится в заявлении.

По данным ведомства, хищения осуществлялись с использованием вредоносного программного обеспечения, которое позволяет удаленно управлять банковскими счетами юридических лиц. Хакеры создали сеть фишинговых сайтов, с помощью которых распространяли троянские программы и проводили спам-рассылки. Кроме того, хакеры использовали «методы социальной инженерии».

Все эти меры позволили организованной группе заразить компьютеры более 20 организаций. По данным МВД, организации находятся в разных городах России.

«Общий ущерб от деятельности группы превысил 100 млн руб.», — уточнила Волк.

Для того чтобы найти злоумышленников, ведомство провело 19 обысков, в ходе которых у подозреваемых были изъяты 46 сим-карт различных операторов, 34 банковские карты, около двух десятков компьютеров, а также блокноты с записями о поступлении и распределении похищенных денежных средств. В результате оперативно-разыскной деятельности были задержаны четверо россиян, проживающих на территории Москвы и Московской области, которые дают «признательные показания», отмечается в заявлении.

Официальный представитель МВД также сообщила, что в отношении одного из подозреваемых суд избрал меру пресечения в виде заключения под стражу, а для остальных — подписку о невыезде.

Наталья ДЕМЧЕНКО

Коммерсант: Шаг вправо, шаг влево — расход

Вице-премьер Дмитрий Козак на Российском инвестиционном форуме в Сочи признал существование серьезных проблем с реализацией регионами какой-либо собственной финансовой политики. По его словам, подавляющая часть региональных полномочий зарегулирована из центра в такой степени, что возможно обсуждать их «подъем» на уровень федерации. Правительство будет вынуждено обсуждать в будущем не только судьбу 1,6 трлн руб. межбюджетных трансфертов, но и принципы бюджетного федерализма — от них в ходе многолетней эволюции бюджета мало что осталось.

Дискуссия о будущем межбюджетных отношений неожиданно стала главной содержательной темой первого дня Российского инвестиционного форума в Сочи. Региональные инвестиции традиционно являются центром официальной повестки форума, в 2017 году перенесенного с осени на конец февраля — однако почти всегда тема взаимоотношений регионов и федерального центра оставалась на периферии повестки. При этом вчерашнее обсуждение проблематики региональных финансов не было напрямую связано с «долговым кризисом» регионов, который в 2014-2016 годах де-факто был погашен Минфином через замещение коммерческих кредитов регионам бюджетными кредитами. Тем более неожиданным стало то, что дискуссия была инициирована на федеральной стороне — проблему с идеологией межбюджетных отношений напрямую признал вице-премьер Дмитрий Козак, он же анонсировал дискуссию в Белом доме по вопросам бюджетных полномочий.

Обсуждение специфических проблем внутри бюджетной системы началось на круглом столе, посвященном теме межбюджетных отношений,— в нем приняли участие вице-премьер Дмитрий Козак, министр финансов Антон Силуанов, глава ЦСР Алексей Кудрин, глава Счетной палаты Татьяна Голикова и руководители финансовых ведомств значительной части регионов. К обсуждению, которое модерировал глава бюджетного комитета Госдумы Андрей Макаров, присоединился и губернатор Калужской области Анатолий Артамонов — он является довольно активным критиком существующих межбюджетных отношений. В своем выступлении глава Калужской области сообщил, что практика делает бессмысленным для регионов достижение полной бюджетной обеспеченности — регионы, переходящие «единицу» обеспеченности (соответствие или превышение собственных доходов расходам на региональные полномочия), лишаются существенной части федерального софинансирования. В ответ Дмитрий Козак не только признал существование проблемы, но и анонсировал подготовку правительством постановления, изменяющего нормативы софинансирования госпрограмм — в том числе, по итогам обращений Анатолия Артамонова в правительство. Для Калужской области, в частности, софинансирование составит 70%. Впрочем, на этом вице-премьер не остановился — он констатировал, что в Белом доме осознают тупик, в который в течение многих лет заходила и теперь зашла сама концепция межбюджетных отношений.

По словам Дмитрия Козака, в подавляющем большинстве случаев на уровне постановлений правительства, нормативов и условий Минфина по распределению трансфертов регионы по сути лишены каких-либо возможностей распоряжаться даже собственными бюджетными доходами — более 95% их расходов де-факто нормированы федеральным центром. Вице-премьер при этом признал, что в этой связи возможно даже обсуждение «подъема» ряда полномочий регионов на уровень федерального центра — исходя из слов Дмитрия Козака, при отсутствии у регионов возможности определять собственную политику такой шаг выглядит рациональным.

В дальнейшей дискуссии проблему признали практически все принимавшие участие в обсуждении — однако смогли лишь показать, что какой-либо единой новой идеологии межбюджетных отношений, которая могла бы исправить результаты не менее чем десятилетней эволюции межбюджетной идеологии, быстро выработать не удастся. Так, Алексей Кудрин призвал вернуть по крайней мере часть бюджетной свободы регионам и, возможно, передать им часть федеральных контрольно-надзорных функций, поскольку они существенно ограничивают эти свободы и инвестиционные возможности из центра. В свою очередь, министр финансов Антон Силуанов обратил внимание на то, что сама по себе идея консолидации межбюджетных трансфертов и предоставления регионам большей свободы в реализации собственной политики Минфином поддерживается.

Однако множество видов бюджетных субсидий являются, по сути, инструментами регулирования отраслей экономики, а передача их на уровень регионов потребует от федерального центра поисков других способов влияния. В свою очередь, глава Счетной палаты Татьяна Голикова предъявила и главный аргумент против «региональной бюджетной свободы» — низкое качество регионального бюджетного планирования и постоянный пересмотр в регионах уже принятых бюджетов, а также отказ от полного финансирования региональных полномочий.

Напомним, речь идет о чрезвычайно больших деньгах, которые во многом определяют характер проблем всех региональных экономик. В 2016 году трансферты федерального центра регионам составили 1,56 трлн руб., на 2017 год запланировано перечисление 1,6 трлн руб. трансфертов, к 2019 году они должны снизиться до 1,5 трлн руб. Дотации на сбалансированность бюджетов и на выравнивание бюджетной обеспеченности составляют около 700 млрд руб. в год, субсидии — еще порядка 400 млрд руб. В консолидированной бюджетной системе большая часть расходов формально (с учетом средств фонда обязательного медицинского страхования) контролируется именно регионами — это порядка 11 трлн руб. в год. Внимание к назначениям и отставкам губернаторов в России в основном связано именно с этим обстоятельством — это отражение специфического сочетания зарегулированности полномочий глав регионов с их реальными финансовыми возможностями с учетом региональной специфики. Во многом эволюция межбюджетных отношений и являлась наполнением региональной политики — централизация финансового управления регионами начата была, по иронии, еще в бытность Алексея Кудрина министром финансов, и нельзя сказать, что дальнейший процесс был управляемым — скорее, к нынешней ситуации привела последовательная серия решений, имевших всякий раз собственную логику.

Межбюджетные отношения на форуме в Сочи обсуждались достаточно активно и на других панелях — но результат таких дискуссий не был более заметным. Татьяна Голикова в своем выступлении на круглом столе раскрыла повод для обеспокоенности федерального центра этой темой — по ее словам, после 11 месяцев сокращения регионального госдолга в 2016 году декабрь стал временем неожиданных массовых заимствований субъектов РФ. Их бюджетный дефицит был увеличен на 514 млрд руб., а банковские заимствования выросли в декабре на 126 млрд руб., чем «перечеркнули ту работу, которую вело Министерство финансов для снижения госдолга субъектов». В массовых заимствованиях декабря вряд ли есть какая-то злонамеренность — скорее, это результат откладывания на конец года региональных проблем с исполнением бюджета. Счетная палата констатирует при этом и массовое неисполнение регионами своих полномочий, в том числе и по ОМС — на 126 млрд руб. в 2016 году. Впрочем, региональная проблема, которой, как теперь очевидно, Белому дому придется заниматься более серьезно, существенно шире, чем долговой кризис сам по себе. Стремление к централизации управления региональными финансами, по сути, сейчас уже лишает федеративный принцип построения РФ какого-либо содержательного наполнения: в отсутствие и стимулов, и возможностей независимости от центра вопрос о том, что, с точки зрения финансов, делает страну федерацией регионов, уже, видимо, не имеет ответа.

Дмитрий БУТРИН

Reuters: Банк «Интеза» ищет похожий на себя банк в РФ для приобретения

Российский дочерний банк итальянской группы Intesa Sanpaolo ищет универсальный банк в РФ для покупки, сказал председатель совета директоров банка Интеза Антонио Фаллико.

«Скорее всего, будем смотреть на возможность приобрести другой банк. Если это будет — докапитализация (банку Интеза) будет необходима», — ответил он на вопрос о планах по докапитализации российской дочки.

«Ищем невесту, которая пока не появилась», — добавил он.

Фаллико рассказал журналистам во вторник, что интересуют Интезу те банки, которые имеют основную базу клиентов в области корпоративного блока.

«Универсальный банк, похожий на нас», — сказал он.

Ритейловый сегмент интересен Интезе, но лишь в разрезе состоятельных клиентов.

«Мы считаем, что маленький банк в большой стране — это большой риск. Поэтому если в большой стране у нас будет большой банк — для нас это меньший риск», — пояснил Фаллико.

В 2005 году группа Intesa Sanpaolo приобрела контрольный пакет акций КМБ-банка и в начале 2010 года объединила его с основанным в 2003 году в Москве банком Интеза, от которого объединенный банк получил свое наименование.

Группа обслуживает более половины внешнеторговых сделок между Россией и Италией и участвует в финансировании крупных российских проектов.

На конец 2016 года активы банка Интеза по МСФО составляли 54,9 миллиарда рублей, капитал равен 12,1 миллиарда рублей.

Полина НИКОЛЬСКАЯ, Елена ФАБРИЧНАЯ

Газета.Ru: Орешкин насчитал России 2% роста

Рост российской экономики в этом году может составить около 2%. Об этом в ходе инвестфорума в Сочи заявил министр экономического развития Максим Орешкин. Это больше самого оптимистичного из имеющихся прогнозов ведомства и значительно выше ожиданий аналитиков. Составление нового прогноза министр будет курировать лично. Показать хороший результат Орешкину поможет изменение Росстатом методик подсчета ключевых макроэкономических показателей.

«Наш обновленный прогноз будет готов в конце марта, текущие ожидания, которые у нас есть, это рост около 2%. То есть мы ожидаем очень хорошую динамику по экономике, мы видим, как активность повышается», — сказал глава Минэкономразвития журналистам.

Максим Орешкин полагает, что «у нас идет некоторый восстановительный рост, заканчивается период кризисный, с одной стороны, с другой стороны, сильно снижается уровень неопределенности в экономике — в отсутствие резких шагов со стороны властей».

«Все это указывает на то, что экономика уже вышла на траекторию роста, и мы увидим хорошие показатели по году», — уверен министр.

Ожидания роста в 2% — это весьма оптимистичный взгляд на перспективы российской экономики.

Текущий базовый сценарий прогноза Минэкономразвития на 2017 год исходит из среднегодовой стоимости нефти в $40 и роста ВВП в 0,6%. Самый оптимистичный — целевой сценарий — близок к тому, что говорит Орешкин, — цена на нефть $48 и рост экономики на 1,8%.

Последний «Опрос профессиональных прогнозистов», проведенный в первой половине февраля этого года институтом «Центр развития» НИУ ВШЭ, дает консенсус-прогноз по росту ВВП в 2017 году на уровне 1,1%, а цифру близкую к 2% (1,9%) экономисты ожидают только в 2022 году.

«Никто из них (25 отечественных и иностранных экспертов. — «Газета.Ru») не прогнозирует на этот год снижения реального ВВП, однако семеро экспертов дают оценку ниже 1%, то есть фактически ожидают стагнацию. В последующие годы прогнозируемые темпы постепенно повышаются, но даже через семь лет они так и не достигают 2% в год», — отмечает Сергей Смирнов из «Центра развития».

Международные организации также ждут от России умеренного роста в 2017 году. Прогноз МВФ и агентства Bloomberg такой же, как у экспертов «Центра развития», — 1,1%. Всемирный банк оптимистичнее — 1,5%.

Главный экономист ВЭБа, экс-замминистра экономики, курировавший в ведомстве макропрогноз, Андрей Клепач полагает, что экономика вырастет на 1,2%.

Подмога Максиму Орешкину может прийти вовсе не со стороны поднимающейся ударными темпами экономики. Росстат продолжает совершенствовать методику подсчета основных макроэкономических показателей.

Уже пересмотрена в сторону повышения динамика промышленного производства и ВВП. В прошлом году рост промпроизводства составил 1,3% (предыдущая оценка 1,1%), снижение в 2015 году теперь оценивается в 0,8% вместо прежних 3,4%. ВВП снизился в прошлом году на 0,2% (Минэкономразвития давало оценку в 0,6%), в 2015 году не на 3%, а на 2,8% (ранее спад оценивался в 3,7%).

В январе статистика также была весьма хорошей, но аналитики призывают не делать слишком оптимистичных выводов.

«Из опубликованных Росстатом экономических показателей за январь следует, что по сравнению с аналогичным периодом прошлого года динамика улучшилась почти во всех секторах за исключением сельского хозяйства», — пишут аналитики Sberbank CIB, отмечая при этом, что «пока рано говорить о том, что российская экономика в январе вернулась к устойчивому росту».

Впрочем, уже сейчас очевидно, что при текущих ценах на нефть выше $50 за баррель рост экономики будет выше базовых 0,6%. Параметры нового прогноза пока неизвестны.

Назначенный министром в декабре прошлого года Орешкин решил лично курировать подготовку прогноза. Ранее это входило в обязанности профильного заместителя министра Алексея Ведева. Ведев написал в начале года заявление об увольнении, соответствующий приказ был подписан премьером Дмитрием Медведевым 27 февраля.

На место Алексея Ведева источники в экономическом блоке отправляли главного экономиста ВЭБа Андрея Клепача. По неофициальной информации, ему предложена должность первого зама. Стоит напомнить, что Клепач ранее работал в Минэкономразвития в должности директора департамента макроэкономического прогнозирования, а с 2008 по 2014 год был заместителем министра по макроэкономике.

Но Максим Орешкин заявил журналистам, что Клепач в Минэкономики работать не будет. Отдельного заместителя по макроэкономике также не будет.

Максим Орешкин уже сменил главу департамента макроэкономического анализа и прогнозирования. Вместо Кирилла Тремасова директором назначена Полина Бадасен, которая до этого работала замдиректора департамента бюджетной политики и стратегического планирования Минфина и начальником управления разработки макроэкономических сценариев ЦБ.

Перед новым директором сразу была поставлена задача «переформатировать работу над подготовкой прогноза экономического развития России». В частности, ей предстоит увязать целевой сценарий прогноза с планирующимися структурными реформами, а также усовершенствовать инструментарий прогнозирования для учета в денежно-кредитной и бюджетной политике.

Иными словами, прогноз Минэкономразвития больше не будет противоречить тому, что делает Минфин и ЦБ, как это бывало ранее. Осенью прошлого года при подготовке бюджета особую позицию по прогнозу имел тогдашний глава МЭР Алексей Улюкаев. Он пытался отстаивать свои цифры, но безуспешно.

Петр ОРЕХИН

РБК: Максим Топилин: «Неверно считать пенсионную систему дефицитной»

Глава Минтруда Максим Топилин рассказал РБК, нужна ли реформа пенсионной системы, что делать с низкими пособиями по безработице и как власти собираются бороться c неформальным рынком труда.

— Всех волнует судьба российской пенсионной системы. Многие эксперты говорят про необходимость повышения пенсионного возраста. Но в феврале вы сказали, что «время для этого еще не настало». Как вы считаете, когда такое время настанет и настанет ли вообще? Не пора ли браться всерьез за решение проблемы несбалансированности пенсионной системы?

— Мы все-таки должны исходить из каких-то предпосылок. Говорят: «Вот, назрела необходимость решать такую-то проблему». Но разве население стучится в дверь и говорит: «Повысьте пенсионный возраст»? Какие-то группы, молодежь, вот вы сами этого требуете? Вы считаете, что надо повысить пенсионный возраст? Как вы думаете, запрос от общества на это есть?

— Запроса от общества, пожалуй, нет.

— Я понимаю, если бы молодежь сказала: «Мы проанализировали, мы понимаем, что, если сейчас этого не сделать, мы останемся без пенсии вообще». Но ведь этого нет. В вопросе вы ссылаетесь на неких экспертов. Но давайте порассуждаем: кто такой эксперт? Сообщество специалистов его аттестовало, экзамены приняло? Или просто нарекли: это эксперт по пенсионным вопросам, а это эксперт по вопросам организации работы психоневрологических интернатов? Если что-то написал «Иванов, Петров, Сидоров», которые профессиональным сообществом не признаны как эксперты, то их мнение нужно учитывать или нет? У нас есть очень много так называемых экспертов, которые не разбираются в сути вопроса.

— Но многие такие эксперты ведь ориентируются на какие-то объективные данные, хотя бы с точки зрения государственных финансов.

— Если вы поговорите с экспертами, которые готовят предложения по пенсионным реформам, они вам скажут: «У нас нет данных — мы не можем в Пенсионном фонде получить детализированные данные. Дайте нам доступ к персонифицированному учету». Я вас уверяю, что у большинства даже признанных экспертов большой дефицит актуальных данных. К персонифицированному учету невозможно дать доступ — это персональные данные, по ним мы можем дать только агрегированную информацию.

Что касается дефицитности, как вы сказали, пенсионной системы… Я все время пытаюсь объяснить, что есть трансферты Пенсионному фонду в связи с тем, что ПФР выполняет непенсионные функции: администрирует, допустим, материнский капитал, различные выплаты, например региональные социальные доплаты к пенсиям или софинансирование региональных программ по строительству социальных учреждений. По большому счету это не функции Пенсионного фонда, но так как нам нужен оператор, который средства будет доводить до населения, ПФР этим и занимается.

Есть трансферты, которые связаны с тем, что государство приняло решение, что одни работодатели будут платить во внебюджетные государственные фонды меньше других. Например, принимаем решение по территориям опережающего развития: устанавливаем тариф страховых взносов не 22%, а 6%. К тому же по законодательству тариф в Пенсионный фонд составляет 26%, но каждый год правительство продлевает льготу и определяет тариф в размере 22%. То есть работодатели вместо 26% — того тарифа, который должен обеспечить пенсионные права, платят 22%, а это минус почти 500 млрд руб. в годовом обеспечении пенсионной системы. Установили льготные тарифы в ТОРах (территории опережающего развития. — РБК), в свободных экономических зонах, для малого бизнеса, для IT-отрасли. Но пенсии в солидарной системе нужно платить сегодня. Поэтому когда мы принимаем решение о льготировании, автоматически осуществляется трансферт. Если бы не было льгот, то не было бы трансферта Пенсионному фонду, не было бы никакой несбалансированности.

Споры о пенсионном возрасте

Минфин предлагал повысить пенсионный возраст до 65 лет у мужчин и женщин (сейчас мужчины могут выходить на пенсию в 60 лет, женщины — в 55 лет), сообщал в апреле прошлого года РБК. Ведомство хотело проводить повышение постепенно — по 6–12 месяцев в год. По мнению Минфина, в пользу увеличения пенсионного возраста говорит множество экономических, социальных и демографических факторов. В частности, эта необходимость вызвана тем, что средняя ожидаемая продолжительность жизни только с 1995 года выросла на 5,2 года для женщин и на семь лет — для мужчин. Действующий пенсионный возраст в России был установлен в 1932 году.

Альтернативы повышению пенсионного возраста в России нет, считает руководитель Центра стратегических разработок (участвует в написании программы экономических реформ), экс-министр финансов Алексей Кудрин. Он предлагает повысить пенсионный возраст до 63 лет мужчинам и женщинам, растянув это повышение на 8–15 лет.

— Вы хотите сказать, что первичная система пенсионного обеспечения — то есть без этих дополнительных функций ПФР — у нас не является дефицитной?

— Не является. Если вы уберете все трансферты, которые не связаны с выплатой пенсий, и трансферты по льготам, вы увидите, что трансфертов никаких нет. Все обеспечивают страховые взносы. То есть если бы мы не принимали решения о льготных ставках, надбавках советским пенсионерам (валоризация. — РБК), льготных размерах фиксированных выплат для отдельных категорий граждан, приняли бы решение по выводу досрочных пенсий из системы обязательного пенсионного обеспечения, у нас не было бы трансфертов.

Говорить о том, что пенсионная система дефицитная, глубоко не верно. Она дефицитна только в силу наших решений. Дефицит в Пенсионном фонде рукотворный. Он связан не с тем, что пенсионеров больше, чем работающих, или с демографией, или с чем-то еще — он возникает исключительно в силу норм закона. Вот этого многие не понимают, в том числе некоторые эксперты.

— Но у государства в прошлом году, например, не нашлось возможности полностью проиндексировать пенсии…

— Средства на индексацию формируются тогда, когда реальная зарплата растет, то есть инфляция достаточно низкая и отчисления с зарплат растут быстрее инфляции. И это было все предыдущие годы до 2015-го. Мы 1 февраля индексировали пенсии на инфляцию, а 1 апреля доиндексировали на доходы Пенсионного фонда (законом о страховых пенсиях предусмотрена возможность дополнительной индексации пенсий, если рост доходов ПФР превышает инфляцию. — РБК) на 0,5, на 2, на 3% — на столько, сколько Пенсионный фонд получил страховых взносов. Сколько он получил, столько и направляется пенсионерам.

В 2015 году впервые возник разрыв, когда рост доходов недотянул до инфляции. Поэтому пришлось взять немного из федерального бюджета. Тогда впервые получился так называемый инфляционный трансферт. Этот трансферт — небольшой, только здесь можно говорить о том, что есть некая чистая помощь бюджета. Дальше вы знаете, в 2016 году пришлось проиндексировать пенсии только на 4% (по сравнению с инфляцией 12,9%. — РБК). Но в то же время правительство приняло решение поддержать доходы пенсионеров: в январе этого года всем пенсионерам, и работающим, и неработающим, была перечислена единовременная выплата в 5 тыс. руб. По линии ПФР на это потребовалось 221,7 млрд руб. из федерального бюджета. В прошлом году также был принят закон, по которому общее материальное обеспечение пенсионера в 2017 году никак не может быть меньше полученного им годом ранее.

«Льгот по страховым взносам быть не должно»

— Вы считаете, что льгот по страховым взносам быть не должно?

— Льгот в страховых тарифах не может быть в принципе. Страховые системы строятся таким образом, что льгот быть не должно. У вас есть льготы по ОСАГО?

— Нет.

— Потому что в голову никому такого не придет. Страховая компания вам же не говорит, что если у вас двое детей, то вам положены льготы. Все прописано в страховой системе: машина с таким-то двигателем, ваш водительский стаж, ваши нарушения. И в нашей системе страхования так же: если у работодателя есть вредные рабочие места, он платит надбавку к страховому тарифу. Если у гражданина нет подтвержденного стажа работы в 15 лет, значит, он не войдет в пенсионную систему, будет получать не страховую пенсию, а социальную, которая ниже страховой.

В ОСАГО нет такого, что в какой-то свободной экономической зоне все освобождены — это даже представить невозможно. А по страховым взносам, в такой же страховой системе, почему-то есть. Это теоретически неверно. И в стратегии долгосрочного развития пенсионной системы записано, что необходимо уйти от льгот. Но мы понимаем: раз мы эти правила игры объявили, их нельзя менять резко. В силу закона эти льготы — временные. Минтруд предлагает, во-первых, не принимать новых решений по льготным ставкам и, во-вторых, не продлевать сроков их действия.

Финансы ПФР

В 2016 году доходы Пенсионного фонда составили 7,6 трлн руб., следует из оперативного отчета Федерального казначейства. При этом лишь чуть больше половины своих доходов ПФР получил от уплаты россиянами страховых взносов — 4,14 трлн руб. Еще 3,36 трлн руб. бюджета фонда составили трансферты из федерального бюджета. В числе этих трансфертов — компенсация выпадающих доходов ПФР от пониженных страховых взносов в ряде отраслей экономики. В 2016 году объем таких выпадающих доходов составил 392 млрд руб.

Доходная часть бюджета ПФР в 2017 году утверждена в размере 8,36 трлн руб., его дефицит, как ожидается, составит 220,4 млрд руб. (он связан с формированием средств для финансирования накопительных пенсий). Общая сумма трансферта из федерального бюджета в этом году составит 3,8 трлн руб., сказано в законе о бюджете фонда. Бюджетная компенсация выпадающих доходов ПФР от пониженных страховых взносов в 2017 году составит почти 434 млрд руб., указано в законе о федеральном бюджете на 2017 год.

— Хорошо, по-вашему, льготы нужно убрать. А в целом что делать с уровнем страховых отчислений? Минфин утверждает, что у нас слишком высокая финансовая нагрузка на труд, из-за чего мы теряем конкурентоспособность. Вы готовы к их снижению?

— Вы готовы выйти к пенсионерам, к бабушкам и спросить: «Бабушки, не слишком ли велика у вас пенсия?» Вы ведь это спрашиваете. Пенсионный фонд формируется из страховых взносов и трансфертов, которые идут из бюджета. Вот этот объем средств нам позволяет сегодня обеспечивать средние пенсии в 13 с небольшим тысяч. Вы по сути говорите: «Не много ли мы берем с работодателя, с учетом всех льгот, чтобы обеспечить пенсию?» Я считаю, что не много. Потому что размер пенсии очень небольшой — 13 тыс., по 2017 году прогнозируем около 14 тыс. руб.

Говорят: «Давайте снизим тариф — вдруг экономика вырастет?» А вдруг не вырастет? Такое решение уже принимали в 2005 году: был тариф 28%, сделали 20%. Думали, что экономика вырастет. Но вырос трансферт из бюджета. До 2005 года трансферта в Пенсионном фонде не было, пенсионная система была самодостаточная.

«Зачем мы платим 850 руб., если люди спокойно находятся в теневом секторе?»

— Давайте перейдем теперь к пособиям по безработице. Несколько лет не менялся их размер. И в прошлом году Минтруд предложил законопроект, в котором предлагалось практически вдвое увеличить пособие, за счет более адресного назначения и за счет ограничения круга получателей. Что с судьбой этого законопроекта?

— Законопроект сейчас досогласовывается, в том числе с Минфином и Минюстом. Мы исходим из того, что за счет перераспределения имеющихся средств, а это около 40 млрд руб. в год, мы можем повысить пособия тем, кто потерял работу, например, по сокращению, и тем, у кого в 12-месячном периоде до обращения в службу занятости был заработок в течение шести месяцев. Повышение возможно, если прекратить выплачивать минимальные пособия в 850 руб. тем, кто долго не работал или вообще никогда не работал.

В законопроекте еще есть ряд элементов, связанных с перерегистрацией в качестве безработного. Есть граждане, которые снимаются с учета, когда срок выплаты истек, через некоторое время опять становятся и получают уже минимальное пособие. Чтобы этого избежать, будут внесены поправки. При этом, безусловно, безработный по-прежнему сможет воспользоваться основными услугами службы занятости: устроиться на временную или постоянную работу, пройти профобучение.

— Сопротивление этому законопроекту есть?

— Пока категорически против профсоюзная сторона РТК (Российская трехсторонняя комиссия по регулированию социально-трудовых отношений. — РБК) — они считают, что это нарушение прав. Предлагается более жесткая система, но она мне кажется более справедливой: все-таки ресурсы должны направляться на тех, кто реально ищет работу сразу после ее потери и ищет максимально быстро.

— Депутаты Госдумы высказывали опасения, что с повышением пособий вырастет количество «иждивенцев» и возникнет ситуация, при которой бремя выплат для бюджета даже возрастет.

— Минфин опасается как раз того, о чем вы говорите, — насколько можно поднять пособие, чтобы не получить очень сильный приток обращающихся за ним. Это мы пытаемся учесть. Будем искать консенсус — без него мы все равно не сможем пойти в Госдуму. В последнее время мы не принимали решений в условиях, когда профсоюзная сторона резко против, а мы идем напролом…

Мне кажется, законопроект важен с точки зрения даже не возможности увеличения размера пособия, а просто наведения порядка. Зачем мы платим 850 руб., если при этом люди спокойно находятся в теневом секторе? К тому же регионы имеют механизмы по оказанию соцпомощи — можно обратиться в местную соцзащиту, если нет доходов. Только не надо использовать канал безработицы, если вы не ищете работу.

— У нас пособия по безработице — это форма социальной помощи и это расходная часть бюджета. А во многих странах мира это часть страховой системы, которая финансируется за счет конкретного источника. Эта модель в наших условиях реальна?

— В перспективе — да. Большинство стран, вы правильно заметили, живут в страховой системе. И страхование от безработицы у нас было — до 2001 года. Опять-таки это предмет обсуждения с бизнесом и профсоюзами. Профсоюзы однозначно «за». Но вопрос — какой установить тариф? Он не должен быть большим. Мы считали, он мог бы быть приблизительно 1%. Кстати, в этот вид страхования можно было бы упаковать элемент, связанный с выплатой долгов по заработной плате работникам компаний-банкротов. Невыплата зарплат, когда нет конкурсной массы, остается нерешенной проблемой.

— Сами пособия были бы выше текущих?

— 1% страховых взносов с фонда заработной платы — это порядка 200 млрд руб. А у нас на пособия только 40 млрд тратится.

— А когда может случиться переход на модель страхования от безработицы?

— Я думаю, что за пределами 2020–2022 годов. По поводу теоретического построения ни у кого нет вопросов. Работодатели, по крайней мере те, кто находится с нами в партнерских отношениях, участвуют в работе РТК, считают, что страховая модель обеспечения граждан в случае потери работы более правильная, чем существующая. Но вопрос в том, где найти вот эту долю с тем, чтобы обеспечить замещение федеральных денег, которые сейчас идут на пособия, страховыми деньгами.

«Несправедливо, когда одни ничего не платят в общий котел, но в то же время пользуются поликлиниками, школами, детскими садами»

— Многие получатели пособий при этом одновременно заняты в теневом секторе. Минфин предлагает бороться с неформальным рынком труда снижением страховых взносов. Какую альтернативу предлагает Минтруд?

— В 2015 году мы провели большую работу по определению того, сколько же граждан в трудоспособном возрасте не трудятся, за кого не поступают страховые взносы. Исследование показало, что за вычетом пенсионеров, студентов, многодетных семей, инвалидов, военных и приравненных к ним таких людей 15 млн. У нас есть такие инструменты по борьбе с теневой занятостью, как комиссии по снижению неформального рынка труда на уровне регионов и выездные проверки в отношении конкретных работодателей, в которых участвуют в том числе налоговики и инспекторы по труду. За два последних года удалось легализовать 4,5 млн работников — с ними были заключены трудовые договоры. Причем мы отслеживаем по базе Пенсионного фонда, приходят ли взносы за этих работников — то есть не ушли ли они снова в тень. Работа по легализации теневого рынка труда позволила собрать за два года более 27,4 млрд руб. страховых взносов.

— А что в этом году планируете делать на этом направлении? Например, в СМИ много писали о «налоге на тунеядство»…

— На этот год мы ставим себе задачу найти возможные схемы легализации доходов. Мы исходим из того, что гражданин, имеющий скрытый доход, сможет выбрать наиболее удобный для него способ легализации. Это может быть платеж в государственные внебюджетные фонды — ПФР и ФОМС — или что-то другое; пока думаем. Обсуждения ведутся на уровне Минтруда. Будем подключать к ним и экономистов, и налоговиков. Но никаких законопроектов, например, по «налогу на тунеядство», как платеж назвали СМИ, в настоящее время нет.

В Германии, или в Финляндии, или во Франции вы не сможете, оказавшись без работы, сидеть и ни о чем не думать. Сразу возникают вопросы, связанные, например, с медицинской страховкой — кто-то ее должен оплачивать. У нас, к сожалению, пока это законодательство не докручено до конца. Отсюда и возникает возможность работать в сером секторе и ни о чем не беспокоиться. Поэтому постепенно мы приближаемся к тому, что нужно создавать такие — будем говорить, да, дискомфортные — условия для тех, кто считает возможным жить в обществе и быть свободным от него. Это несправедливо, когда одни ничего не платят в общий котел, но в то же время пользуются поликлиниками, школами, детскими садами. Получается, что все эти услуги для них, а также их пенсии и другие соцгарантии, обеспечиваются теми, кто трудится официально.

Налог на тунеядцев

В 2016 году о необходимости введения налога для трудоспособных, но официально нигде не работающих лиц заявил замминистра труда Андрей Пудов, который сообщил, что подобный документ разрабатывается в министерстве и его целью является легализация рынка труда. Информацию в сентябре 2016 года подтвердила вице-премьер Ольга Голодец, которая отметила, что налог будет взиматься с неработающих трудоспособных россиян за использование социальной инфраструктуры. При этом министр Максим Топилин указывал, что в министерстве не разрабатывают законопроект, а только обсуждают подобную идею. Против инициативы Минтруда выступало Министерство экономического развития, а в Минздраве введение регионального налога на неработающих граждан поддержали. «Налог на тунеядцев» реализован в Белоруссии, где в феврале 2017 года граждане из-за этого сбора вышли на крупнейшие за последние годы акции протеста.

«Если не решить вопрос регионализации МРОТ, приравнять его к прожиточному минимуму будет невозможно»

— Уже давно на государственном уровне поставлена задача уравнивания минимального размера оплаты труда (МРОТ) с прожиточным минимумом. Судя по динамике повышения МРОТ, об уравнивании в ближайшей перспективе речь не идет. Когда этого ждать?

— История с уравниванием МРОТ и прожиточного минимума тянется уже 16 лет, которые прошли после принятия в 2001 году Трудового кодекса, где было зафиксировано это обязательство государства. Устанавливать МРОТ, равный федеральному прожиточному минимуму, нерационально, потому что прожиточный минимум в каждом регионе свой. В Ингушетии или Брянской области он составляет 8–9 тыс. руб. в месяц, а на Чукотке — 18 тыс. Если мы установим МРОТ на уровне прожиточного минимума в среднем по стране, в ряде регионов стоимость рабочей силы будет переоценена. Хотя если об этом сказать профсоюзам, они ответят: «Да какое там!» А надо сделать по-другому: МРОТ мы должны сделать де-факто региональным, он должен быть равен прожиточному минимуму в каждом конкретном регионе.

— Нужны же деньги на уравнивание. Это регионы уже будут обязаны платить за уравнивание или это останется обязательством федерального центра?

— Все будет, как и сегодня. Если речь идет о федеральном учреждении, то за уравнивание будет отвечать федеральный бюджет. Если о региональном учреждении, то региональный бюджет. Если о частном предприятии, то это средства работодателя.

Сейчас соотношение МРОТ к прожиточному минимуму составляет почти 70%. Мы предлагаем принять закон, в соответствии с которым все будут знать, что в течение такого-то периода, в такие-то даты МРОТ должен постепенно увеличиваться. Чем всегда работодатели недовольны? Тем, что, допустим, в мае принимается закон о том, что с 1 июля МРОТ увеличивается на энное количество процентов, и они не могут спрогнозировать и подготовиться к изменениям, из-за чего неожиданно вырастают издержки. Поэтому мы и предлагаем договориться на федеральном уровне со всеми партнерами о понятной линейке уравнивания МРОТ и прожиточного минимум: допустим, с 1 июля 2018 года соотношение должно быть 80%, с 1 июля 2019-го — 90%, с 1 июля 2020 года — 100%.

— Но региональные власти, особенно на севере, боятся, что, если обязательство уравнивать МРОТ и прожиточный минимум передадут в регионы, они лишатся северных надбавок, а это существенная статья бюджета.

— Прожиточный минимум отражает все: и цены, и коэффициенты. Что такое районный коэффициент? Это то, что отражается в ценах. Но мы не трогаем районные коэффициенты. Чтобы успокоить наших социальных партнеров и регионы, мы подготовили разъяснения, в которых четко написано: не допускается снижение северных надбавок, районных коэффициентов и общего уровня заработной платы в связи с возможным изменением конструкции МРОТ. Наше предложение касается исключительно МРОТ и его графика уравнивания с прожиточным минимумом. Если не решить вопрос регионализации МРОТ, то приравнять МРОТ к прожиточному минимуму будет невозможно.

— Это пока только ваша позиция или консолидированное мнение правительства?

— Мы обсуждали эту тему и с Минэкономразвития, и с Минфином. У нас нет завизированных законопроектов по МРОТ, потому что мы еще работаем с партнерами, пытаемся разъяснить нашу позицию. Но фундаментальных разногласий с федеральными ведомствами нет. Разве что Минфин может сказать, мол, давайте чуть-чуть сдвинем график уравнивания. И работодатели могут попросить провести уравнивание, к примеру, не к 2021 году, а к 2022-му. Работодатели могут настаивать на более мягких темпах уравнивания, а профсоюзы — на более жестких.

«Почему, если за забастовку выступают 20 или 30% работников, оставшиеся сотрудники должны страдать?»

— Эксперты из Центра социально-экономических реформ постоянно констатируют повышение количества трудовых конфликтов. Трудовые инспекции сейчас в состоянии адекватно реагировать для помощи работникам в их взаимоотношениях с работодателями, если есть какие-то конфликтные ситуации? Или все-таки нужно, может быть, реформировать этот институт.

— Мы отслеживаем конфликты. Роструд и Федерация независимых профсоюзов России ведут мониторинг в постоянном режиме. По данным Роструда, в прошлом году было зафиксировано 116 протестных акций, в том числе 13 забастовок. Профсоюзы дают несколько иные предварительные цифры — 167 социально-трудовых конфликтов. Основная причина возникновения — полная невыплата заработной платы (41% случаев). Далее идут сокращение или увольнение работников — 13%, снижение уровня оплаты труда — 11%, ликвидация предприятий — 8%.

Численность инспекторов по труду не такая большая. Действительно, не всегда получается оперативно реагировать на обращения, тем более что их очень много: правосознание наших граждан растет, а вместе с этим растет и количество жалоб.

В том числе поэтому мы сейчас переходим на так называемый риск-ориентированный надзор. Недавно вышло постановление правительства, согласно которому трудовые инспекции войдут в перечень тех надзорных органов, которые переходят на риск-ориентированные технологии. Это означает, что работа инспекций должна строиться исходя из рисков, которые нужно прогнозировать и предотвращать.

— А чем это поможет инспекциям? У них же не появится больше ресурсов.

— Запускаются новые схемы работы, которые позволяют Роструду экономить ресурсы. Например, на портале «Онлайнинспекция.рф» работодатель может пройти самопроверку. Роструд размещает так называемые опросные листы для проверок, которые легко заполнять. С 2013 года проведено 185,9 тыс. самопроверок. Такая технология сокращает время инспекторов, а для работодателей это возможность избежать штрафных санкций. По оценке Роструда, работодатели, которые устранили выявленные в ходе самопроверки нарушения, оградили себя от штрафов на 4,4 млрд руб.

Роструд проводит ревизию устаревших нормативных актов, по которым проходят проверки. Есть акты, датированные даже 1925 годом, которые до сих пор предъявляются работодателю к исполнению. Но этих норм в российском законодательстве давно нет, поэтому разработано постановление правительства, которое будет издано в ближайшее время, — оно отменяет более 50 советских нормативных актов в трудовой сфере. Это делается для того, чтобы не нагружать работодателя ненужной бумажной работой и чтобы на него не налагались санкции за несоблюдение устаревших норм. И, конечно, это скажется и на времени проведения проверки.

Другая задача — чтобы инспектор имел электронную программу проверки, которая не позволяет ему отклоняться от заданий. Ведь на практике как бывает: какой-то закон увидели, какой-то нормативный акт вспомнили и предъявили требования, а надо, чтобы инспектор работал в рамках своей проверки, по четкому перечню документов. И электронная программа не позволит ему за рамки проверки выйти. Внедрение проверочных листов в работу инспекторов труда запланировано на этот год.

— Не думали о том, что нужно, особенно в кризисное время, давать возможность работникам законно проводить забастовки, чтобы те могли выплеснуть свой негатив?

— По моему мнению, в России приемлемая конструкция входа в забастовку. Забастовка может быть, когда на ней настаивает большинство коллектива. Почему, если за забастовку выступают 20 или 30% работников, оставшиеся 70% сотрудников должны страдать? Некоторые требуют забастовку солидарности, а на каком основании? Есть конфликт на конкретном предприятии — почему кто-то должен к нему присоединяться? Такие темы вбрасываются отдельными структурами, в том числе политическими. Мы к их заявлениям очень настороженно относимся. Серьезных предложений по упрощению процедуры забастовки к нам не поступало, есть только разговоры. Не надо забывать, что забастовка — это крайняя мера при разрешении коллективного трудового спора. Законодательство устанавливает ряд обязательных примирительных процедур, предшествующих объявлению забастовки.

— А сама по себе конфликтность на предприятиях увеличилась в последнее время или нет?

— Я бы не сказал. В 2016 году были признаки увеличения конфликтности, в основном из-за роста задолженности по зарплате. В целом в прошлом году большинство конфликтов (94%) завершилось полным или частичным удовлетворением требований работников.

Одна из тенденций 2016 года — снижение средней продолжительности социально-трудовых конфликтов по сравнению с позапрошлым годом, в том числе по причине невыплаты зарплаты. За прошлый год благодаря вмешательству инспекторов по труду 958 тыс. работников получили в общей сложности 22,9 млрд руб. задержанной заработной платы и причитающихся компенсаций

— А в этом году проблемы с задолженностью нет? В Забайкалье, например, еще недавно все было очень неблагополучно, если смотреть на выплаты зарплат тем же учителям.

— По данным Росстата, за 2016 год задолженность по стране снизилась почти на 0,9 млрд руб. Но нас это не успокаивает. Будем совершенствовать законодательство — такое поручение председателя правительства у нас есть. К 15 апреля мы должны подготовить соответствующие предложения. Что касается Забайкалья, вопрос решается. Я несколько раз в месяц общаюсь на эту тему с губернатором, и такой ситуации, как была в прошлом году, в 2017-м быть не должно.

Максим Топилин родился в 1967 году. Учился в Московском институте народного хозяйства им. Г.В. Плеханова. С 1988 года на работе в НИИ труда, с 1994 года — в аппарате правительства РФ. В 2001 году премьер-министр Михаил Касьянов назначил Топилина заместителем министра труда и социального развития. В 2004 году Топилин возглавил вновь созданный подведомственный министерству орган — Роструд. В 2005 году премьер-министр Михаил Фрадков назначил Топилина главным государственным инспектором труда, а в 2008 году Топилин вернулся в Министерство здравоохранения и социального развития, став заместителем министра. В 2012 году Топилина назначили главой Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации.

Интервью взяли Вячеслав КОЗЛОВ, Иван ТКАЧЕВ